Как у вас там, потомки?

Стало легче. Время всё-таки лечит, хотя и обычно ампутацией. Не сказать, чтоб я теперь-то зажил, но всё же уже не так тупо, как было. Хотя тупнинка есть. Очень часто езжу мимо остановки, где написано "Кристина, люблю тебя". Когда видел - говорил себе - а я нет. Нееет! Надписи уже нет, а я еду мимо и мысль - нет, не люблю. Вот двоякое такое. Зачем вспоминать говно? Ох, да что бесит, так возраст. Сук, ну было б мне 15 и я пиздострадал там, я бы ещё понял, но не в 30 же. Чего ж так долго отпускает этот приход? Вообще бэд-трип какой-то. Мне 17 и ну вас нахер с вашими спайсами.

Кто знает как устроен наш мозг? Какие способности скрываются от нашего взора? Этот вопрос всегда интересовал меня. Почему спросите вы?

и так, господа и господа косящие под дам! )

Однажды мой день сурка становится настолько вылизанным, автоматизированным и точным вплоть до минут, что иногда можно подумать, что я попал во временную петлю.

...Конечно, следует проявлять сострадание, но остерегаться его; ибо несчастные так уж глупы, что для них знаки сострадания составляют величайшее благо в мире. Быть может, придется ещё сильнее предостеречь от чувства сострадания, если понять указанную потребность несчастных не непременно как глупость и интеллектуальный недостаток, не как некоторого рода душевное расстройство, вызванное несчастьем - а как нечто совсем иное и более подозрительное. Наблюдайте детей, которые плачут и кричат для того, чтобы вызвать сострадание, и поэтому выжидают момента, когда их состояние может броситься в глаза; поживите в обществе больных и душевно подавленных и спросите себя, не преследуют ли, в сущности, эти красноречивые жалобы и стенания, это выставление напоказ несчастья цели причинить боль присутствующим? Сострадание, которое затем выказывают последние, есть для слабых и страдающих утешение в том смысле, что оно показывает им, что, несмотря на всю их слабость, у них по крайней мере есть еще одна сила – причинять боль. Несчастный получает своеобразное удовольствие от этого чувства превосходства, которое возбуждает в нем проявление сострадания. Его воображение усиливается – он все еще достаточно значителен, чтобы причинять миру страдания. Таким образом, жажда вызывать сострадание есть жажда наслаждения самим собою, и притом за счет ближних. Она обнаруживает человека во всей бесцеремонности его собственного милого Я...