Он сидел за огромной барной стойкой, отделанной сверху стеклянной панелью, под которой хранилось множество фотографий, дипломов, грамот. Стойка выполняла роль обеденного стола.
"Это моя гордость, - часто говорила она, - пьешь чай и радуешься своим успехам, больше ведь никто не порадуется". Говоря это, она всегда опускала глаза и примерно минуту смотрела себе под ноги, затем, будто выдержав пощечину, она поднимала голову. Взгляд ее был сосредоточенным и строгим, полным решимости. Она всегда с гордостью выдерживала эту пощечину.
- Будешь пару блинчиков?, - она подняла тарелку вверх, чтобы он мог в полной мере оценить то, что она предлагала. На синей тарелке было шесть довольно больших зажаренных блинов, от них исходил приятный сладкий дымок, из-за которого во рту невольно образовывалась слюна.
- С чем они?
