Позволь себе быть странным. Позволь своему уму мыслить
критически, сомневаться во всех истинах, бросать вызов стереотипам. Позволь
себе знать больше, чем разрешено. Позволь заниматься тем, что нравится.
Повернись задом к мнениям, и ты поймешь, что способен кричать громче, петь
чаще, танцевать вдохновеннее, открываться шире. Ты почувствуешь, как в тебе
заполыхает жизнь. Позволь своему желанию и жажде познания вести себя. Лилей
самые безумные идеи, взращивай невозможные желания о большем, чем путь
наименьшего сопротивления. Испытывай все, чтобы найти лучшее. Уважай свои
страхи. Верь в себя, сомневайся во всем, и, если ты сможешь носить клеймо
безумца гордо, то будешь способен создать новые истины, за которыми пойдут
прочие. Каждый создан неповторимо странным, но скрывающие это - безлики, каждый
безумец - уникален. И только безумцы, способные распахнуть двери в свой мир
перед безликими, будоража их самую сокровенную тайну, способны стать Гениями. 

Сегодня я снова слышал его. Когда он появился, кажется,
хлопнула кухонная дверь. Я слышал, как со спинки кресла спрыгнул кот. Стучали
часы. Я лежал, отвернувшись к стене и вцепившись в одеяло, а он стоял около
моей кровати и смотрел на меня, этот человек. Человек, который приходит ночью.
Я слышал, как он дышит; слышал, как делает шаги своими ногами в тяжелых
ботинках; слышал, как он что-то бубнит. Должно быть, он сумасшедший. Я никогда
его не видел, потому что когда он черной тенью вырастал над моей кроватью, я
старался заснуть. Он никогда не причинял мне вреда. Утром, когда звонил
будильник, его уже не было. Он исчезал.

Прошло тридцать лет. Мы встретились снова. Здесь, в этой
самой комнате, из которой когда-то вышли в поисках чего-то неведомого, полные
надежд и предвкушений. Тогда мир лежал перед нами, он трепетал в ожидании,
чтобы бросить к нашим ногам свои сокровища. Это таинственное неведенье
заставляло нас чувствовать себя молодыми. Наши тела нисколько не изменились за
минувшие годы, но сегодня, войдя в эту комнату, я почувствовал себя старее –
мир больше не лежал у ног, он был за плечами. Эти тридцать лет похожи на петлю
– комната была в начале, комната в конце, они – узел, а между ними путь.
Длинный путь, который проделали мы, путь, который проделывает каждый за свою
жизнь – все мы уходим туда, откуда пришли.

Он сидел ровно на том месте, на котором мы Его оставили,
ровно в той самой позе – подогнув ноги, на деревянном полу. Двигался ли Он хоть
раз за время нашего отсутствия? Я не знаю, впрочем, это было неважно. Он был
статен и тих. Весь Его вид отражал спокойствие и гармонию. Люди бы назвали Его
воплощением бога или природы, хотя ни тем, ни другим Он, конечно, не являлся. Я
не знаю, чем Он был, но Он нас создал, тогда, тридцать лет назад, среди этих
четырех стен, чтобы отправить нас на поиски самой удивительной вещи. И вот, мы
вернулись.