Вот так всегда, прогулка по Риге и 24-часовая дорога до города остудила мозг.
Всё обидное, несправедливое, всё, что вертелось в мозгу, улетучилось.
Заметила за собой соблюдение нового правила: «Не стоит тратить силы на то, что изменить невозможно. Меняй то, что можно изменить».
В моём случае — не изменить отношение Сейма к русским, даже не к русским, а к советским людям.
Делают они глупо. За всё время своего нахождения в Риге и в это, и в другие разы я ни разу не чувствовала ненависти по отношению к себе. Только один раз, в 1991 году. В магазине мне отказались продавать масло, потому что я попросила не на латышском, а на русском. И в этом же году маме вручили письмо, в котором было написано, что она и все её ближайшие родственники — «изменники Родине», потому что в 1987-м мама вышла замуж за моего папу — советского военного. Мамин брат, мои бабушка и дедушка были лишены гражданства (они до сих пор мировые бомжи, люди без гражданства — «неграждане»), а моим родителям и мне предписывалось «покинуть территорию Латвии в течение 24 часов». И мы уехали.
С тех пор, чтобы увидеть своих близких, нам приходилось получать визы. Сначала длительностью на 20 дней раз в год, потом на 32 дня...
